Для людей, живущих в городах во время изоляции, большой проблемой было свободное пространство как в доме, так и за его пределами. Пандемия изменила то, как мы используем городское пространство и воспринимаем его. Но достаточно ли этого для появления более справедливого и здорового города? Паола Эрнандес поговорила с урбанисткой Хелен Коул о неравенстве в городе во времена Covid-19 и перспективах перемен.

Paola Hernández: Как пандемия повлияла на качество жизни в городских районах?

Helen Cole: Пандемия изменила наше представление о городах, в том числе, о преимуществах и недостатках жизни в них. В начале кризиса города казались неудачными местами для жизни, поскольку высокая плотность их населения была связана с более высоким риском заражения. Однако со временем стало ясно, что настоящая проблема – это перенаселенное небезопасное жилье, которым вынуждены пользоваться некоторые люди. Эти факторы не распределяются в случайном порядке: возможность заражения, таким образом, зависит от различных и взаимосвязанных аспектов нашего общества, таких как расизм, сексизм и неравенство доходов.

В моем родном городе – Барселона, – есть общины иммигрантов из Северной Африки, Пакистана, Марокко и Западной Африки, которые из-за структурного расизма и бюрократических сложностей имеют низкооплачиваемую работу и часто живут в районах с относительно некачественным жильем. Все эти аспекты провоцируют повышение рисков для определенных групп населения. В Европе мы мало говорим о расе, но систематический и межличностный расизм, безусловно, присутствует и влияет на качество жизни этих комьюнити и всего нашего общества. Что касается гендера, то, хотя в настоящее время нет исследований по случаям домашнего насилия во время локдауна вызванного коронавирусом, исторически во время рецессий количество случаев домашнего насилия увеличивается. Если семьи заперты вместе, эти риски будут еще выше, особенно для женщин, которые с гораздо большей вероятностью, чем мужчины, станут жертвами домашнего насилия.

Многие города испытывают острый жилищный дефицит. Что кризис, вызванный Covid-19, выявил нового в вопросе безопасного и доступного жилья в европейских городах?

Как и во многих других сферах жизни, пандемия сделала проблему жилья более серьезной и более заметной. Более серьезной – потому что те же люди, которые уже не могли позволить себе адекватное, безопасное и доступное жилье, в большей степени пострадали от пандемии и изоляции. И более заметной – потому что кризис заставил нас по-другому взглянуть на свои дома и их реальную ценность. Стало очевидным, что дом безопасный, удобный и имеющий достаточно места для уединения, является лучшей защитой от пандемий и также он охраняет от вопросов ухудшения здоровья и экономического неравенства. В прошлом, исследования связывали неадекватное качество жилья с неудовлетворительным здоровьем, в случаях, когда оно не могло защитить жителей от чрезмерной жары или холода или подвергало жителей воздействию токсичной плесени или свинцовой краски. Дом – не всегда самое здоровое место для жизни.

Ввиду продолжительности и остроты нынешнего медико-экономического кризиса жилищное строительство должно быть декомодифицировано. Некоторые города или страны уже пытались это сделать. В Вене жилье рассматривается как одно из основных прав человека. Здесь, в Барселоне, в сентябре 2020 года был принят новый закон об аренде, устанавливающий максимальные цены на аренду любой квартиры или дома. В национальном масштабе правительства могут обратить вспять десятилетние сокращения жилищной инфраструктуры, особенно государственного жилья, сродни тому, что наблюдались в Соединенном Королевстве.

Еще один сектор, затронутый пандемией, – это общественный транспорт. Какие основные проблемы стоят перед системами общественного транспорта сегодня?

Поддержание чистоты и безопасности общественного транспорта оказалось настоящей проблемой. Очень важно поддерживать функционирование основных сервисов, особенно для тех, кто не имеет личного автотранспорта, или же для малообеспеченных трудящихся, которым общественный транспорт помогает добраться до их места работы. Обеспокоенность рисками заражения Covid-19 в общественном транспорте усиливает давление на и без того активные дискуссии о праве на крайне важное общественное пространство в городах. Это следует рассматривать как политическую возможность для инвестирования, обслуживания и обеспечения более безопасных систем общественного транспорта, многие из которых уже страдают от изношенной и разрушающейся инфраструктуры.

Хотя в конечном итоге это может привести к лучшему уровню социального равенства, сокращение использования транспорта из-за пандемии создает большую политическую и финансовую нагрузку на системы, занимающиеся перевозками пассажиров. По мере того, как городские планировщики и эксперты в области общественного здравоохранения оценивают, как увеличить использование активных видов транспорта, например, таких как езда на велосипеде или передвижение пешком, за счет сокращения пространства для моторизованного транспорта на дорогах, возникает еще один важный вопрос, касающийся справедливости: кто сможет перемещаться на короткие расстояния пешком или на велосипеде? Активными пассажирами обычно являются те, кто живет недалеко от места работы, потому что у них есть финансовые возможности, чтобы позволить себе жить в городе, и, таким образом, они могут получить больше выгоды от новых велосипедных дорожек, которые города, такие как Барселона или Милан, строят в своих центрах. Однако те, кто живет на периферии или за ее пределами, не могут позволить себе роскошь передвигаться на велосипеде или пешком. Активный транзит зачастую для них невозможен, поэтому необходимо найти другие доступные решения с низким уровнем риска.

В настоящее время вы исследуете важность доступа к зеленым зонам. В чем ценность общественных зеленых зон в городах, особенно во времена Covid-19?

Зеленые насаждения в городах очень важны для здоровья населения. Во время пандемии люди действительно начали замечать неравномерность распределения зеленых зон, особенно в городах Испании, где действовал режим строгой изоляции. В Барселонской лаборатории городской экологической справедливости и устойчивости (the Barcelona Laboratory for Urban Environmental Justice and Sustainability) мы провели исследование в коллаборации с коллегами из Португалии. Результаты показали, что во время изоляции в Португалии, где были разрешены короткие посещения общественных зеленых насаждений, сохранение или расширение возможностей использования общественных парковых пространств или обзор природных участков напрямую из дома, наблюдается более низкий уровень стресса. В Испании, где посещение общественных зеленых насаждений было запрещено, сохраниение или увеличение возможностей для контактов с частными зелеными насаждениями, такими как сады, и палисадники, или, например, комнатные растения, привело так же к более низкому уровню стресса.

дом безопасный, удобный и имеющий достаточно места для уединения, является лучшей защитой от пандемий

В целом, эти результаты подтверждают идею о том, что неравный доступ к зеленым насаждениям напрямую связан с неравенством в уровне работы системы здравоохранения в городах, особенно с точки зрения ментального благополучия. Жители Испании, имеющие доступ к частным зеленым зонам (они обычно расположены в более богатых районах), вероятно, лучше справились с режимом изоляции. Аналогичные данные, полученные в Берлине, Лейпциге и Галле в Германии, а также в Осло и Стокгольме, указывают на то, что это неравномерное распределение городских зеленых зон, которое выражается в различиях в качестве, количестве и размере зеленых насаждений, также связано с существующим неравенством на рынке жилья и мобильности. Будем надеяться, что сохранение, восстановление и понимание важности зеленых пространств и их роли в устойчивости городов в будущем будет активно продолжено.

Может ли кризис Covid-19 ускорить действия в отношении проблемы изменения климата и биоразнообразия в городах?

Во время локдауна уровень загрязнения воздуха упал во многих городах, включая Барселону и Мадрид. В ноябре 2018 года была запущена программа Madrid Central для улучшения качества воздуха за счет сокращения трафика и запрета на деятельность крупнейших загрязнителей в центре Мадрида, с замечательными первичными результатами. Во время пандемии, такого рода вмешательства, естественно, происходили во всем мире. Появилось много надежд и предположений о том, что может произойти, когда мы выйдем из кризиса.

В настоящее время перед политиками и чиновниками стоит так много приоритетных задач в области здравоохранения, что становится затруднительным действовать медленно и осторожно. Люди отчаянно пытаются перезапустить экономику и вернуться к «нормальному состоянию» как можно скорее. Но на самом деле, стоит остановиться и задуматься, ведь существует множество фантастических возможностей, которые стоит так же рассмотреть. Например, инвестиции в локализованные природные проекты. Переоборудование крыш в площадки общего пользования – такие объекты могут работать как для садоводства, так и для отдыха – или создание «карманных парков» (“pocket parks”) – эти две возможности, могут помочь решить пространственные проблемы и расширить доступ к зеленым насаждениям в густонаселенных городах.

Доступ к ним должен быть гарантирован для всех. Во многих городах наблюдается тенденция к приватизации небольших местных зеленых участков; проводится это за счет девелоперов. В некоторых случаях из этих пространств исключаются горожане, которые не живут в этом конкретном частном жилом комплексе. Такие решения создают иллюзию справедливого распределения зеленых участков, хотя это не всегда правда. Сейчас самое время хорошенько подумать над данными вопросами.

На протяжении десятилетий большие части городов были отданы под обычные коммерческие и офисные помещения. Предполагает ли увеличение доли дистанционной работы и онлайн-магазинов возможность изменить городское пространство?

Это хороший вопрос, и мы не сможем узнать ответ на него в ближайшее время. Хотя было бы неплохо думать, что использование городских пространств можно легко адаптировать к рыночным реалиям, это не всегда работает так. Например, в случае с восстановленными заброшенными площадями, когда неиспользуемые пространства иногда бывают возвращены для общественного использования. В то же время принятие решений о городском пространстве во многом зависит от экономики и политики; сил, которые становятся всё менее и менее справедливо распределенными в обществе. Эта модель вряд ли изменится, несмотря на тенденции в секторе дистанционной работы и покупательском поведении.

Я могу вспомнить два актуальных тренда, которые демонстрируют трудности с перепрофилированием площадей в городах. Во-первых, это изобилие элитного жилья, которое было построено в последние годы, часто – под предлогом создания необходимого нового жилфонда. Тем не менее, многие из этих домов пустуют, несмотря на обострение жилищного кризиса. Это ясно показывает, что решения не основываются на потребностях и не ставят во главу угла интересы менее привилегированных жителей, на которых влияет отсутствие доступного жилья. Во-вторых, предыдущие модели показывают, что такие процессы, как джентрификация, в значительной степени зависят от неравномерности процесса городского развития. Тенденция, изначально наблюдаемая во время кризиса Covid-19 среди более состоятельных жителей, – которые имеют больше возможностей для покупок и работы из дома, – это заинтересованность в переезде из городских центров. Такая тенденция имеет последствия для бюджета сектора городского развития, который частично зависит от налогов. Таким образом, даже если для этого имеется физическое пространство, мы не можем предположить, что города легко смогут переориентироваться на выполнение других функций.

Что вы думаете о концепции 15-минутного города, – популяризированной мэром Парижа Анной Идальго, – идея о том, что общественные объекты, такие как зеленые насаждения, медицинские учреждения, рабочие места, культурные пространства и все другие необходимые городские удобства, должны находиться в пятнадцатиминутной досягаемости от места проживания?

Концепция 15-минутного города звучит великолепно в теории, но на практике она столкнётся с некоторыми проблемами. Если бы мы строили города из Лего с нуля, это было бы довольно легко реализовать. Но на самом деле существующие города сталкиваются с двойной проблемой: быть одновременно плотными (нехватка земли для новых ресурсов) и неравноправными. На ум сразу приходит пара примеров того, как в городах вспыхивает конкуренция за пространство и ресурсы.

Первый – это американский город Атланта, в котором реализуется проект зеленой территоррии под названием BeltLine. В рамках проекта планируется перепрофилировать заброшенные железнодорожные линии, которые окружают центр города. Теоретически в этом проекте должны учитываться микрорайоны, которые он пересекает. Но даже до начала строительства цена на землю вдоль дороги BeltLine резко выросла, а это означает, что город больше не может позволить себе покупать землю, необходимую для завершения проекта. Эффект спекуляций и инвестиций был слишком сильным. Этот проект также сталкивается с проблемами, связанными с его неспособностью учесть различные потребности и желания сообществ, на которые он влияет. Хотя предполагалось, что BeltLine привнесет желаемый зеленый ресурс во все соседние районы, на самом деле у многих жителей были сомнения или они считают, что это не отвечает их потребностям.

Второй пример – родом из района Раваль города Барселоны, одного из самых густонаселенных районов Европы. В настоящее время Раваль обслуживается только одной переполненной поликлиникой. В течение многих лет медицинские работники боролись за создание второй клиники, но найти место для нее сложно. Рабочие нашли принадлежащее муниципалитету здание, которое можно было бы переоборудовать в клинику, но город уже сдал это здание в аренду художественному музею, надеясь его таким образом расширить. Город предложил ближайшую площадь в качестве альтернативного места для клиники, но это означало обмен и без того небольшого драгоценного общественного пространства на организацию важного объекта здравоохранения. В итоге рабочие получили право пользоваться первым зданием. С другой стороны, будущее площади осталось туманным.

Города постоянно развиваются, и мы часто не учитываем это при разработке политики их развития.

Реальность, в которой потребности и желания отличны для разных сообществ, является проблемой в концепции 15-минутного города. По мере того, как меняются города и районы, меняются и потребности жителей, а это, в свою очередь, ещё одна сложность. Мои исследования показывают, что джентрификация ложится дополнительным бременем на поставщиков медицинских услуг и медицинские учреждения: по мере того, как районы джентрифицируются и становятся более комплексными в плане социальной организации, социальные факторы системы здравоохранения также становятся более сложноорганизованными. Перемещение местных жителей также означает нарушение процесса их медицинского обслуживания. Я полагаю, что сторонники концепции 15-минутного города будут лоббировать идею того, что она предотвратит джентрификацию за счет равного распределения ресурсов по всему городу, но пока реальность показывает, что предотвратить джентрификацию сложно, и даже попытки создать сообщества людей со смешанным доходом столкнулись с проблемами. В конце концов, города динамичны, и я не знаю, насколько хорошо это предусмотрено концепцией 15-минутного города.

Каким вы видите города будущего, которые будут оборудованы на порядок лучше для решения проблем, связанных со здоровьем и климатом?

Тем, кто работает с развитием городов, действительно важно думать о мерах, связанных с климатом (например, о зеленых насаждениях и других важных удобствах, необходимых для здоровых городов –например, жилье и общественные пространства), как о части системы, а не вырывать их из существующего контекста. Это означает наличие понимания, что физические изменения в городах влияют на их социальную и политическую среду, и наоборот. Исторически сложилось так, что городские районы, в которые не вкладывались инвестиции, были часто физически и социально были отстранены от важных ресурсов и имели неблагоприятные экологические условия, также имеют меньше зеленых пространств и других удобств. Это неравенство необходимо исправить. Важно учитывать социальные и политические последствия вновь появляющихся благ, а также то, какие стратегии или инструменты планирования могут быть использованы для предотвращения последствий таких явлений, как “зеленая джентрификация”, рост стоимости жизни и переселение местных жителей.

Также, я надеюсь, что города и лица, принимающие решения, будут задумываться о процессе пост-пандемического восстановления и переосмысления базовых принципов своей политики и предпримут шаги для защиты маргинализированных городских жителей. Что касается физической или застроенной части пространства городов, я хотела бы видеть усилия по сохранению доли пешеходного пространства, которое было создано в городах во временном порядке; а также, усилия по дальнейшему сокращению загрязнения воздуха и воды. Более того, крайне необходимо более пристальное внимание к социальным проблемам, которые города не смогли решить самостоятельно: бездомность, энергетический кризис, жилищный кризис и неравный доступ к здравоохранению и образованию. Это, конечно, усложняется ещё неизвестными экономическими последствиями пандемии для городских бюджетов и ресурсов.

Как мы можем остановить превращение городов в пространства конкуренции и эксклюзивности?

На самом деле, это вопрос, который уже находится в головах многих активистов, работающих над устранением жилищной несправедливости и предотвращением негативных последствий джентрификации. Снова и снова активисты и представители городских властей подчеркивают, что меры часто начинают проводиться слишком поздно. В таких городах, как Сиэтл в США, политика требует включения принципов справедливости и инклюзивности во все процессы принятия решений, но цены на жилье уже вытеснили многих наиболее маргинализированных жителей города, несмотря на эти, казалось бы, благие намерения. В городах любого размера цены на жилье растут намного быстрее, чем заработная плата, особенно, в связи с увеличением неравенства доходов. Городам трудно найти баланс между желанием содействовать инновациям и модернизации с необходимостью интеграции, создания экономической доступности и возможности всеобщего использования ресурсов. Здесь нет простого ответа, но мы можем начать с размышлений о каждом решении или политике, касающихся тех, кто имеет наименьшие привилегии, а также о потенциальных краткосрочных, среднесрочных и долгосрочных последствиях этих решений для разных групп населения. Города постоянно растут, и мы часто не учитываем это при разработке политики их развития.

Благодарим Francesc Baró и Galia Shokry из Института экологических наук и технологий (ICTA) Автономного университета Барселоны, а также членов Барселонской лаборатории городской экологической справедливости и устойчивости за их содействие.

Перевод Людмилы Гавриленко

Cookies on our website allow us to deliver better content by enhancing our understanding of what pages are visited. Data from cookies is stored anonymously and only shared with analytics partners in an anonymised form.

Find out more about our use of cookies in our privacy policy.